№ 13-14(266-267) июль2003 / Преподобный Серафим Саровский

«..Предыдущая статьяСледующая статья...»

На крыльях Серафима

Дмитрий Сладков — помощник директора Федерального ядерного центра ВНИИЭФ по связям с общественностью. В Сарове живет более десяти лет. Д.Сладков — автор многих публикаций и докладов на научно-практических конференциях, посвященных духовной истории Сарова. Мы публикуем фрагменты из последней работы Д.Сладкова “На крыльях Серафима”, написанной накануне торжеств.

В закрытом Сарове церковный приход начал действовать весной 1992 года. Церковная жизнь восстанавливается в этих местах непросто. Земля преподобного Серафима долго сиротствовала. Раны, нанесенные в безбожное время, еще не зажили.

В начале 1927 года властями было принято решение окончательно ликвидировать Саровский монастырь. 5 апреля туда прибыла комиссия, которая произвела изъятие мощей преподобного Серафима. Монахи были изгнаны, имущество и здания конфискованы и переданы Нижегородскому управлению НКВД. На месте монастыря организовали детскую трудовую коммуну, а затем исправительную колонию для подростков и взрослых.

В конце 1938 года Саровские исправительно-трудовые учреждения НКВД были закрыты. Здания и оборудование перешли Наркомату машиностроения. За годы войны Саровский машиностроительный завод, ставший оборонным предприятием, выпустил около 400 тысяч корпусов для снарядов к реактивным минометам — знаменитым “катюшам”.

А с 1946 года на саровской земле начал развиваться советский атомный проект.

20 августа 1945 года в СССР был создан Специальный комитет под руководством Лаврентия Берии. Именно он стал руководить советским атомным проектом, к которому были подключены сотни институтов и предприятий по всей стране.

9 апреля 1946 года было принято закрытое постановление Совета Министров СССР о создании секретного конструкторского бюро. Его начальником был назначен Павел Зернов, главным конструктором — Юлий Харитон.

С конца 1945 года шел поиск места для размещения сверхсекретного объекта. Весной 1946 года Ю.Харитон и П.Зернов осмотрели Саров, где прежде находился монастырь, а теперь размещался военный завод. В итоге выбор остановился на этом месте — очень уединенном, удаленном от крупных городов и одновременно имеющем начальную производственную инфраструктуру и комплекс каменных монастырских зданий.

Территория секретного КБ стала режимной зоной. Город Саров был выведен из административного подчинения Мордовской АССР, а сведения о нем исключены из всех открытых учетных данных. Летом 1947 года периметр зоны был взят под войсковую охрану.

Секретный город имел разные имена: Москва-Центр-300, Кремлев, Арзамас-75. Легендарным стало — Арзамас-16.

Сверхсекретность в тот момент была необходима. На реальный ядерный паритет с Соединенными Штатами Россия вышла лишь к концу 1960-х годов, и до поры надо было скрывать не само наличие у нас ядерного оружия, а то, насколько его мало.

Первые производственные корпуса были готовы в начале 1947 года. Часть лабораторий разместилась в монастырских строениях. Со всей страны прибывали лучшие специалисты и рабочие. Одновременно со строительством жилья возводился медицинский городок, строились библиотека, киноклуб, стадион, парк культуры и отдыха.

Первая в мире церковь преподобного Серафима была переделана под городской театр. Келья святого была разрушена, а источник на Ближней пустыньке засыпан. Главные соборы Саровской пустыни взорвали в начале 50-х. Говорили, что их надо разобрать из-за ветхости, чтобы они не упали. А когда стали взрывать, провозились очень долго — настолько прочная была постройка.

29 августа 1949 года на полигоне под Семипалатинском состоялось первое испытание советского атомного оружия. Оно оказалось успешным, и с 1953 года ядерное оружие стало поступать в войска.

Но отношение к сохранившимся святыням было очень разным. В самом конце пятидесятых годов, когда руководителем объекта был генерал Борис Музруков, произошла удивительная история. Сверху был спущен приказ: подорвать сохранившуюся колокольню Саровской пустыни, которая “демаскирует объект”. Специалисты подготовили проект проведения работ, все было готово к подрыву. По устному преданию, Борис Глебович на свой страх и риск распорядился приостановить работы и направил в Москву рапорт примерно следующего содержания: мол, в связи с многочисленными запусками искусственных спутников земли, в ближайшее время следует ожидать бурного развития космической фотографии. В этих условиях колокольня неминуемо потеряет свое значение ориентира на местности, поэтому тратить государственные средства на ее разборку считаю бесхозяйственным. И колокольня была спасена, стоит до сих пор — правда, увенчанная не главой и крестом, а уродливой телевизионной антенной.

Секретный объект, созданный для реализации атомного проекта, со временем превратился в крупнейший многоцелевой научно-исследовательский и опытно-производственный центр. Сейчас он называется Российский федеральный ядерный центр — ВНИИ экспериментальной физики.

Вокруг Института вырос город с населением почти 90 тысяч человек. Открыто о нем стали говорить с 1990 года. Тогда он назывался Арзамас-16.

В 1995 году усилиями горожан и при поддержке российских деятелей культуры закрытый ядерный город обрел историческое имя Саров. Однако закрытость города, связанная с обеспечением безопасности крупнейшего ядерно-оружейного центра, сохраняется и сегодня.

Церковная жизнь в Сарове восстанавливается непросто. Все минувшие годы были отмечены удручающим непониманием того, какое наследство досталось городу, за какое достояние отвечают перед Россией и православным миром нынешние жители Сарова.

Но существует и другой взгляд на эти вопросы. Директор Ядерного центра член-корреспондент РАН Радий Илькаев считает: “Город и институт создавались в святом месте. Мы помним об этом. К сожалению, в прежние десятилетия было взорвано два храма. Мы несем за это ответственность... Я не хочу обвинять ни тогдашних руководителей, ни тогдашних исполнителей. Они поступали по тем правилам, которые существовали в то время. Но наша вина есть, и я приношу официальное извинение всем православным людям нашего города и нашей России. Я солидарен с тем, что в храме преподобного Серафима Саровского должна идти церковная служба. Трудно себе представить, что во многих странах мира такие храмы существуют, а у нас его нет. И то, что мы у себя не можем возродить свой храм Серафима Саровского, первый в мире, нас не украшает. Мы должны сделать все, чтобы он как можно быстрее был восстановлен”.

В Сарове сошлись воедино живая память народа и Церкви о батюшке Серафиме, высочайший уровень развития науки, последняя возможность защиты Отечества силой грозного оружия. Не может быть, чтобы все это соединилось случайно. В новом тысячелетии от Рождества Христова Россия мыслится как держава, где православие — не музейная достопримечательность, а надежная опора людей, создающих передовую науку и технику, современную культуру, крепкое государство.

Саров может явиться местом, органично объединяющим церковную и светскую мысль, глубокую молитву и высокопрофессиональную работу. Если опыт подобного единства появится — и появится именно здесь, под покровительством батюшки Серафима, — значение этого для грядущей России может быть поистине огромным.

«..Предыдущая статьяСледующая статья...»

№ 12(265) июнь2003 г








№ 13-14(266-267) июль2003










На крыльях Серафима


№ 18(271) сентябрь 2003


№ 13-14(266-267) июль2003


№ 12(265) июнь2003 г











ИЗДАТЕЛЬСТВО МОСКОВСКОЙ ПАТРИАРХИИ

Церковный вестник

Полное собрание сочинений и писем Н.В. Гоголя в 17 томах

 Создание и поддержка —
 проект «Епархия».


© «Церковный Вестник»

Яндекс.Метрика