№ 7(380) апрель 2008 / Архипастырь

Следующая статья...»

Украинская Православная Церковь: Современость и Перспективы

18 февраля в Варшаве Блаженнейшему Митрополиту Киевскому и всей Украины Владимиру была присвоена степень почетного доктора Христианской богословской академии. Торжества прошли в присутствии академического сената, епископата Польской Православной Церкви во главе с ее Предстоятелем, представителей правительства Польши, дипломатического корпуса и учебных заведений.

Блаженнейший Митрополит Варшавский и всей Польши Савва  в своем выступлении дал оценку вклада Митрополита Владимира в развитие Православной Церкви и богословия. «Предстоятель Украинской Православной Церкви сохранил стабильность в канонической Церкви, не поддался политической конъюнктуре, не допустил пролития крови. Благодаря этому Блаженнейший Владыка стал моральным авторитетом для народа Украины. Во времена очень трудных политических и церковных обстоятельств Митрополит Владимир смог сохранить единство канонической Церкви, и это наибольшая его заслуга», — отметил Митрополит Савва.

После вручения Митрополиту Владимиру грамоты о присвоении почетной степени доктора академии, Предстоятель Украинской Православной Церкви произнес инаугурационную речь, текст которой публикуется ниже.

 

 

Украинская

Православная

Церковь и украинское

государство

Позиция Украинской Православной Церкви в сфере отношений общества и Церкви, а также государства и Церкви, в целом логична и последовательна. Хотя Украина и украинское общество за последние несколько лет существенно изменились, эта позиция не испытала кардинальных трансформаций. Следует признать, что мы начали более точно формулировать ее и последовательно воплощать в жизнь. Придерживаясь завета Господа нашего Иисуса Христа, Украинская Православная Церковь всегда считала и считает, что в основе взаимодействия Церкви (Царствия, которое не от мира сего) и государства должен лежать принцип «отдайте кесарево кесарю, а Божие Богу» (Мф. 22, 21).

Мы можем по-разному относиться к концепции светского государства, обсуждать ее преимущества и недостатки, однако должны признать, что на сегодня эта концепция фактически безальтернативно господствует во всех европейских странах (даже в тех, где церковь формально не отделена от государства), а также в большинстве неевропейских стран. В поликонфессиональной Украине альтернативы такому подходу не существует. Это утверждение, конечно же, нельзя интерпретировать в том смысле, что мы выбираем между верой и толерантностью и отдаем преимущество последней. Напротив, мы верим и надеемся, что искренняя вера не может быть плодом насилия — она рождается в свободе: «Никто не может прийти ко Мне, если то не дано будет ему от Отца Моего» (Ин. 6, 44; 65).

Учитывая это, стоит подчеркнуть, что государство не может быть компетентным в вопросах веры. У него нет, скажем так, соответствующего инструментария, который давал бы возможность отличать истину Божественного Откровения от ереси. Церковь же, которая живет в онтологическом единстве с Господом, своим соборным умом раскрывает догматы веры и свято хранит их. Все, что может предложить современное государство в этой области, это лишь религиоведческая экспертиза. Вряд ли кто-то рискнет утверждать, что коллоквиум религиоведов, пусть и самых выдающихся, может определить, какая вера является истинной, а какая — нет. История преисполнена примеров, когда даже византийские императоры, которые выросли в лоне Православной Церкви, впадали в ересь и поддерживали несторианство, монофизитство, иконоборчество и тому подобное.

Отсюда следует, что основной функцией государства, на наш взгляд, является обеспечение условий для свободного существования Церкви, а также воздержание от искушения рассматривать Церковь или так называемые традиционные вероисповедания в качестве неофициального «министерства духовных дел». Церковь же, в свою очередь, должна побороть искушение искать государственной поддержки в, скажем светским языком, конкуренции с другими конфессиями. Для религиозной ситуации в Украине это очевидно. Так, едва лишь православные обратятся за помощью к власти в восточных регионах, где УПЦ бесспорно доминирует, это эхом отзывается в западных, где преимущественно при руководящих должностях власти разного уровня состоят представители УГКЦ, и в некоторых центральных украинских областях, где государственные мужи симпатизируют УПЦ КП.

Исходя из приведенных выше рассуждений, наша Церковь в целом приветствует продвижение Украины к «европейской» модели государственно-церковных отношений. Говоря о «европейской модели», мы понимаем всю условность этого словосочетания, поскольку единой парадигмы взаимодействия светской и церковной власти в Европе просто не существует. Скорее мы имеем в виду какие-то основополагающие принципы, сформулированные, в частности, в общеевропейских документах и развитые в практике Европейского суда по правам человека. Государство должно признавать автономию религиозных организаций вместе с правом последних самостоятельно определять свою внутреннюю структуру и порядок формирования иерархии. Кроме того, государство не должно вмешиваться во внутреннюю деятельность религиозных организаций до тех пор, пока такая деятельность не создает угрозы для общественного порядка, здоровья, морали, а также прав и свобод других людей.

Исходя из этого наша Церковь в 2006 году активно участвовала в разработке новой редакции Закона Украины «О свободе совести и религиозных организациях» (напомним, что на Украине доныне действует кое в чем отредактированный Закон начала 1990-х годов). Поводом к разработке этого законопроекта стала критическая оценка Советом Европы действующего законодательства Украины в сфере свободы вероисповеданий. И мы в целом остались довольны результатом деятельности рабочей группы, которая была создана при Министерстве юстиции. В частности, законопроект предусматривал предоставление статуса юридического лица Церкви как объединению религиозных организаций, которое усилило бы позиции УПЦ и других конфессий в диалоге с властью. К сожалению, по требованию УПЦ КП принятие данного Закона было временно снято с повестки дня.

 

Проблемы, требующие

урегулирования

Позволим себе остановиться на нескольких ключевых моментах, которые фактически существуют в отношениях Церкви и общества, однако на сегодня никак не урегулированы законодательно или же урегулированы недостаточно.

Первая проблема уже была названа — это предоставление статуса юридического лица религиозным объединениям. На сегодня, согласно украинскому законодательству, такой статус имеют приходы (религиозные общины, говоря на языке закона), монастыри, братства, миссионерские общества и духовные школы. Религиозные объединения представлены «религиозными управлениями и центрами», то есть административными органами — такими как, например, епархиальное управление или митрополия. Церковь, так же как и отдельные епархии, не имеет статуса юридического лица, то есть лишена большинства прав, в частности имущественных, которые невозможно реализовать без этого статуса.

Следующая проблема украинского законодательства — фактическая дискриминация церковных образовательных учреждений. Система образования на Украине является достаточно централизованной. Соответственно, непризнание государством того или иного учебного заведения ставит его в положение «изгоя» образовательной системы. Дипломы такого заведения не признаются государственными институтами, его студенты не имеют льгот, которыми пользуются их коллеги из светских вузов, в частности льгот на проезд. Ученые степени в сфере богословия также не имеют юридического веса. Но главное, что Церковь лишена права открывать учебные заведения, в которых преподавание церковных дисциплин было бы интегрировано в общеобразовательный контекст.

Вследствие такого ничем не оправданного законодательного ограничения религиозным организациям приходится или маскировать богословские факультеты под религиоведческие (как это имеет место в Черновицком государственном университете), или проводить двойную регистрацию высшего учебного заведения: и как частного светского, и как духовного (когда де-факто одно учебное заведение формально является двумя независимыми юридическими лицами, как, например, зарегистрированный Украинский католический университет во Львове), или сознательно отказываться на этом этапе от интеграции в общенациональную систему образования (как Киевские духовные академия и семинария). Для решения этой проблемы необходимо признание за богословием/теологией статуса отдельной науки и профессии, на что украинское Министерство образования пока не соглашается, хотя теологические факультеты существуют в составе практического всех ведущих европейских университетов.

Еще одна, последняя, юридическая проблема, на которой необходимо остановиться, — неурегулированность деятельности Церкви в силовых структурах. На практике УПЦ, как и некоторые другие конфессии, осуществляет пастырское служение и в армии, и в милиции, и в войсках пограничной службы. Однако формально-юридически это происходит как бы с «черного хода». Потому что единственная норма действующего Закона «О свободе совести...» говорит только о том, что «командование военных частей предоставляет возможность военнослужащим принимать участие в богослужениях и выполнении религиозных обрядов», а слово «капеллан» встречается в украинском законодательстве лишь один раз — в тексте Закона «О символике Красного Креста и Красного Полумесяца».

Ничего не проясняют и Уставы Вооруженных сил, которые лишь обязывают командиров знать вероисповедание своих подчиненных, а также гарантируют право военнослужащих придерживаться религиозных обрядов в индивидуальном порядке. Следовательно, давно назрела необходимость на законодательном уровне урегулировать хотя бы принципы взаимодействия государственных органов и религиозных организаций в такой специфической сфере, как Вооруженные силы и другие военные формирования, а также в пенитенциарной системе. Тем более что такие отношения уже прошли испытание временем.

                       

Проблемы

отношений УПЦ

и органов государственной власти

У государства всегда существовало искушение к созданию теневых механизмов влияния на Церковь и ее иерархов. Однако если в тоталитарных государствах такие механизмы и могли повлиять на церковную жизнь, то в современных демократических странах эти механизмы даже если имеют место, то оказываются неэффективными. Не является исключением и современная Украина. Анализ религиозной политики украинского государства на протяжении 1992–2007 годов свидетельствует, что все три Президента Украины (Л.Кравчук, Л.Кучма и В.Ющенко) были и являются сторонниками создания «единой Поместной Церкви», видя в ней один из механизмов становления и консолидации украинской нации.

Соответственно, ставя перед собой задачу создания такой единой Церкви, главы украинского государства придерживались определенной политики относительно Украинской Православной Церкви. За это время Церковь испытала на себе всю гамму «оттенков влияния»: от игнорирования и вытеснения на периферию общественной жизни до предложения статуса по существу государственной Церкви в обмен на те или иные условия.

В состоянии ли сегодня само государство объективно и обстоятельно ответить себе и православному обществу, для чего ей нужна «Поместная Церковь»? Какими гипотетически могли бы быть ее отношения с Православной Церковью с приобретением ею автокефального статуса? Ответы на эти вопросы не давались. Озвучивалось лишь желание, чтобы Церковь такой статус получила. Государство хочет поместного статуса для Украинского Православия. А какой статус Украинское Православие имеет сегодня в Украине? Какой внутриукраинский статус предоставило государство Православию?

Утверждение Поместной Церкви не может быть односторонним актом выполнения воли власть предержащих. Заинтересованной в достижении того статуса, который бы помогал церковной миссии, должна быть и Церковь, чего, к сожалению, сегодня на Украине не наблюдается. Отношения между Церковью и государством далеки от гармоничных, далеки от тех, которые способствовали бы ускорению воплощения в жизнь идеи Поместной Церкви. В  первую очередь это касается затягивания и нежелания предоставить Церкви статус юридического лица, в результате чего Церковь не может стать владельцем имущества, которым пользуется, и того, которое возвращается религиозным организациям, входящим в ее состав. Острую конфликтогенность хранит норма устаревшего Закона Украины «О свободе совести и религиозных организациях» относительно поочередного использования культовых сооружений (ст. 17). Данное положение создает условия для фактической зависимости религиозных организаций от предвзятой позиции местных органов власти и постоянно провоцирует межцерковные конфликты и столкновения. Невзирая на то, что было уже несколько указов Президента и Кабинета министров Украины относительно возвращения религиозным организациям церковного имущества и преодоления следствий политики прежнего СССР относительно религии, ни один из принятых нормативных актов в полном объеме не выполнен.

Предстоятеля Украинской Православной Церкви не допускают к богослужению в исконном кафедральном соборе киевских митрополитов — Святой Софии Киевской. Кафедральный Свято-Владимирский собор и резиденция Предстоятеля УПЦ, по-разбойничьи захваченные раскольниками в 1992 году, удерживаются ими и до сих пор не возвращены Церкви — их законному владельцу. Государство остается глухим и к многочисленным просьбам относительно провозглашения Дня памяти святого равноапостольного киевского князя Владимира (28 июля) государственным праздником. Не получены, невзирая на их официальный характер, ответы ни на одно из обращений и заявлений Священного Собора или Синода УПЦ по тому или иному вопросу. Примером пренебрежительного отношения со стороны государства к православным и их религиозным убеждениям и чувствам стала организация приезда в Украину понтифика Иоанна Павла II и не обоснованного пастырской целесообразностью перенесения из Львова в столицу Украины униатства, сугубо регионального явления Западной Украины. Церковь остается не услышанной во многих вопросах внешней и внутренней жизни. И именно в таком состоянии не позитивного отношения к Церкви государства от нее же требуют уступок относительно желаний государства! Является ли это логичным? УПЦ не имеет доступа к школе и средствам массовой информации, систематически подвергается нападкам националистов. Но, невзирая на это, как Церковь своего народа, она всегда призывала, призывает и будет призывать к единству Православия, поскольку ненормальное состояние разделения отвлекает внимание и распыляет силы на внутреннюю, никому не нужную борьбу и вражду. Вместо этого нужно совместными усилиями решать вопрос своей прямой миссии — евангелизации украинского общества, активизировать социальную, благотворительную и просветительскую деятельность, а не упрекать друг друга в непатриотичности или судить, кто из нас больший украинец. Необходимо показывать веру свою из дел своих (см.: Иак. 2, 18).

Само государство, желая иметь единую Украинскую Православную Церковь, стесняется в своих законодательных нормативных актах именовать себя православным, стесняется отметить особенную роль Православия в собственном же становлении и тысячелетнем процессе создания государства Украины. Для того чтобы в Украинской Православной Церкви, у всей ее Полноты, вызрело желание получить чаемый государством статус, необходимо по крайней мере законодательно урегулировать особый статус Православия на Украине. Государство должно сказать: «Я православное».

Украинская Православная Церковь открыта к сотрудничеству с государством и заинтересована в нем. Но мы помним о том, какой дорогой ценой получена наша церковная независимость, при сохранении единства, и никогда не позволим себе сделать ее разменной монетой для решения той или иной проблемы в церковно-государственных отношениях.

Все три главы украинского государства отстаивали свое видение церковной проблемы, отмечая то, что в независимом государстве должна быть независимая (читай: автокефальная или поместная) Церковь. Однако выводы и высказывания некоторых экспертов о том, что нынешний глава украинского государства якобы оказывает беспрецедентное давление на священноначалие УПЦ с целью отделения ее от Полноты Русской Церкви, являются необоснованными. Президент Украины действительно является сторонником объединения всех православных верующих страны в единую Православную Церковь, которая бы имела статус автокефальной. Однако, при всем народе выражая свою позицию по этому вопросу, Президент не оказывает систематического политического давления на нашу Церковь с целью канонического разрыва УПЦ с Московским Патриархатом.

Приятно, что глава государства позиционирует себя, как и положено, по нашему мнению, украинцу, православным христианином. Однако приходится констатировать факт непонимания им эклезиологических тонкостей и причин существующего разделения Украинского Православия. К сожалению, оно воспринимается им, как и большинством верующих с неглубоким уровнем церковного и богословского образования, как разница в юрисдикционной принадлежности. Именно такой взгляд пытается навязать обществу руководство «Киевского Патриархата».

Стоит отметить, что давление на УПЦ, к сожалению, действительно имеет место. И временами оно ощутимо не только на региональном, но и на всеукраинском уровне. Однако чаще всего такое давление исходит не от центральной государственной власти, а от националистически ориентированных политических структур и политиков, влияние которых, к сожалению, ощутимо в современной политической жизни нашей страны.

Когда наша Церковь испытывает давление со стороны государственных структур, в большинстве случаев это давление местных органов власти. Особенно ощутимой является такая деятельность местной власти в западном регионе Украины, где многие государственные чиновники позволяют себе проводить религиозную политику в интересах «собственной» конфессии — УГКЦ или УПЦ КП. Ярким примером может служить политическая карьера крайне националистически настроенного политика В.М. Червония, который на протяжении 2005–2006 годов занимал должность главы Ровенской областной государственной администрации. На должности губернатора господин Червоний осуществлял предвзятую конфессиональную политику, систематически способствовал нарушению прав верующих УПЦ. Но его деятельность в конфессиональной сфере была обусловлена не соответствующими директивами главы украинского государства, а его личными политическими и конфессиональными пристрастиями. Вместе с тем, у Президента страны оказалось достаточно политической мудрости, чтобы дать объективную оценку его деятельности и отстранить от должности, в результате чего давление местных органов власти на приходы УПЦ в Ровенской области значительно уменьшилось.

Как свидетельствует вышеприведенный пример, Украинская Православная Церковь осуществляет сегодня свое спасительное служение в сложных, а иногда крайне неблагоприятных условиях. Впрочем, центральную государственную власть можно упрекнуть скорее не в провоцировании религиозных конфликтов, а в неоперативном и недостаточном реагировании на наличие таковых в регионах.

Какой основной вывод может сделать наша Церковь в сфере церковно-государственных отношений за последний период своего существования? В чем заключается предоставленный нам историей урок?

Первое. Невзирая на исторические неурядицы и трудности в отношениях с государственной властью, Церковь должна следовать путем свободы, оставаясь внутренне и внешне независимой от государства.

Второе. Любое давление на Церковь со стороны государства в условиях демократии является неприемлемым и даже нерациональным, поскольку оно не может радикальным образом и на протяжении длительного времени влиять на церковную жизнь. Правда, такое давление неэффективно лишь при одном условии, а именно: если церковная иерархия не ведет согласительной политики, но публично указывает на факты нарушения прав верующих.

Окончание в следующем номере.

Следующая статья...»

№ 7 (356) апрель 2007


№ 9 (358) май 2007


№ 11 (360) июнь 2007


№ 13-14 (362-363) июль2007


№ 15-16 (364-365) август 2007


№ 17(366) сентябрь 2007


№ 20(369) октябрь 2007


№ 21(370) ноябрь 2007


№ 23(372) декабрь 2007


№ 24(373) декабрь 2007


№ 3(376) февраль 2008


№ 4(377) февраль 2008


№ 6(379) март 2008


№ 7(380) апрель 2008
Украинская Православная Церковь: Современость и Перспективы


№ 8(381) апрель 2008


№ 11(384) июнь 2008


№ 12(385) июнь 2008


№ 13-14(386-387) июль 2008


№ 18(391) октябрь 2008


№ 13-14(386-387) июль 2008



№ 12(385) июнь 2008



№ 6(379) март 2008


№ 4(377) февраль 2008



№ 3(376) февраль 2008



№ 24(373) декабрь 2007


№ 12 (336) июнь 2006



№ 3 (328) февраль 2006


№ 1-2 (326-327) январь 2006


№ 23(324) декабрь 2005


№ 15-16 (316-317) август 2005


№ 6 (307) март-апрель 2005


№ 5(306) февраль 2005


№ 17 (294) сентябрь 2004


№ 1-2 (278-279) январь 2004


№ 23(276) декабрь 2003




ИЗДАТЕЛЬСТВО МОСКОВСКОЙ ПАТРИАРХИИ

Церковный вестник

Полное собрание сочинений и писем Н.В. Гоголя в 17 томах

 Создание и поддержка —
 проект «Епархия».


© «Церковный Вестник»

Яндекс.Метрика